Магический реализм против изионизма: два художника заняли первый этаж музея
Два мифотворца омского андеграунда впервые за долгие годы сошлись под одной крышей. Городской музей «Искусство Омска» отдал первый этаж под персональные проекты Дамира Муратова и Димы Вирже. Оба — из одного поколения, из одного комьюнити, но с полярными методами. Экспозиции будут работать до 8 ноября.
Собрать их вместе оказалось делом рискованным. Заместитель директора музея Анастасия Гараева не скрывает: уговаривать пришлось обоих. В городе давно не было их персональных выставок, хотя работы постоянно мелькают в соцсетях.
«Мы смогли уговорить на это обоих. В итоге родилось такое совместное пространство. У каждого есть своя локация, своя тема», — рассказала Анастасия Гараева.
Визуально работы не пересекаются. Совсем. Но Гараева видит другое: схожесть в понимании искусства и в отношении к нему. Ирония — тот самый ключ, который объединяет этих двоих.
Панельки, пагоды и магическая оптика
Для Муратова эта выставка — первая персональная в стенах городского музея за всю его историю с 1991 года. Название «Обещание пейзажа» позаимствовано у испанского философа Хосе Ортеги-и-Гассета. Новая серия создана специально для этой осени.
Муратов препарирует топографию родного города без единого фантастического существа. Панельные пятиэтажки мимикрируют под березовый лес. Устремляются вверх пагодами. Закаты над Иртышом обретают плотность мифа.
Сам автор призывает не искать тайных смыслов. «Мне кажется, здесь всё очень просто. У меня же не абстракция или какой-то ребус», — говорит художник.
Он просит лишь замедлиться. Прогулка по его залу — приглашение открыть скрытое измерение знакомых улиц.
«Омск как город не сразу дает понять себя, его пейзажи скрываются за поворотом набережной, в тени старых дворов, в вечернем свете окраин. Психофизика лиц, настроение места, скрытый ритм и едва уловимая эмоциональная температура, все это приглашает замедлиться и попытаться открыть для себя иное измерение родного города», — поясняет Дамир Муратов.
О разности методов двух художников он отшучивается: «Мы разные, не близнецы-братья, а всего лишь однофамильцы».
А вот Дима Вирже столкнулся с публикой, которая пришла за «красивым». Он цитирует комментарий из соцсетей: «И что тут красивого? Депрессивная экспозиция. Расчленённые лошади, страус без головы… И обнажённая женщина».
«Очень странно. На дворе XXI век, а люди по-прежнему идут на выставки для того, чтобы увидеть пасторальные пейзажи и сусальное золото. Искусство сейчас находится в эпохе метамодерна, когда смыслы важнее красоты и эстетики, и красота в первую очередь является глубиной философского окружения и концепции», — говорит Вирже.
Основатель галереи «Левая нога» бьет зрителя тяжелой артиллерией арт-объектов. Металл, бумага, дерево. Его выставка «Инвентаризация смыслов» — тотальный аудит самого себя.
«В первую очередь, потому что это мой собственный тотальный аудит, который призван перепроверить мои собственные ценности, цели и видение вообще окружающего мира в целом и меня самого», — объясняет Вирже.
В центре зала — инсталляция «Стена решительных сомнений», стилизованный перст указующий. Сомневаться перед принятием решения — нормально, напоминает автор.
Раздел «Койлинг всего» скручивает привычные свойства материалов, делая хрупкое монументальным. Работа «Кошмар одного очень сильного художника» изображает скрученную панцирную кровать.
Отдельный блок посвящен мифу о сотворении человека. Проект «Графоморфоз» Вирже назвал светоскульптурным симулятором.
«Во всех мифологиях, неважно, это Австралия, Северная Америка, Африка или евразийский континент — человек создавался из глины. И весь этот проект посвящён первотворчеству, когда высшие силы лепили человека из пластичного материала, из глины… И потом я попытался соединить это с новейшими цифровыми технологиями», — рассказывает художник.
Центральная фигура — Великая Мать. Деревянные шипы на стене напротив угрожающе направлены на надувную фигуру, подключенную к электрическому насосу.
«Это мать всего живого, дань уважения всем женщинам, через которых мы все приходим в этот мир», — добавляет автор.
Есть здесь и рефлексия на тему бесполезности творца. Скрученная кровать отсылает к десятой книге Платона: художники рисуют образ предмета, не принося практической пользы. На нарисованной кровати спать не получится.
Вирже отправляет философу ответный месседж: кровать может стать чистой эмоцией.
Свой стиль он именует «изионизмом» — искусством, которое делается быстро, легко, транслирует смыслы и помогает решать ментальные проблемы.
«Я считаю, что искусство, которое демонстрирует труд, напряжение и пот, явно спекулятивно. Оно нацелено на какое-то прикроватное существование, на интерьеры, на какую-то коммерциализацию. Но меня вдохновляет то искусство, с которым непонятно, что делать, которое нельзя никуда повесить, которое транслирует смыслы, и этого ему достаточно», — говорит Вирже.
Фестиваль «Кто тут?» превратил музейный двор в точку кипения. Вход на все события в день открытия был свободный. Организаторы благодарят программу социальных инвестиций «Родные города» компании «Газпром нефть».
Главное испытание для авторов впереди: выдержат ли их сложные конструкты столкновение со зрителем, привыкшим к понятному и «красивому».