Как Антон Рубинштейн создал главный музыкальный вуз страны и при чём тут Чайковский
Открытие первой в России консерватории состоялось в Санкт-Петербурге 20 сентября 1862 года. Консерватория стала первым в России государственным музыкальным вузом; её модель позже легла в основу системы профессионального музыкального образования.
Инициатором выступил пианист и композитор Антон Рубинштейн. Он не только добивался создания учебного заведения, но и возглавил его как первый артистический директор. Причём дважды — с 1862 по 1867 год и повторно с 1887 по 1891-й. Преподавал сам. Вёл класс фортепиано как первый профессор.
Кадры Рубинштейн подбирал лично. Приглашал музыкантов из-за границы и из российских городов. Среди приглашённых педагогов — пианист Теодор Лешетицкий, скрипач Генрих Венявский, виолончелист Карл Давыдов, теоретик Николай Заремба.
Первый выпуск по классу композиции дал стране Петра Ильича Чайковского. Он окончил консерваторию в 1865 году с большой серебряной медалью. Чайковский стал первым выпускником консерватории по классу композиции; его произведения вошли в репертуар ведущих театров мира.
В 1871 году на кафедру теории композиции и инструментовки пришёл Николай Андреевич Римский-Корсаков. Здесь он проработал до 1908-го. За эти годы через его класс прошли Анатолий Лядов, Максимилиан Штейнберг и другие музыканты, которые потом сами стали профессорами консерватории.
Имя Римского-Корсакова консерватория получила в 1944 году. К столетию со дня рождения композитора. Выбор объяснялся ещё и историей: в 1905-м Римский-Корсаков поддержал студенческие волнения, за что его сняли с должности.
Сегодня Санкт-Петербургская государственная консерватория имени Н.А. Римского-Корсакова остаётся старейшим и одним из ведущих музыкальных вузов России. Она отнесена к особо ценным объектам культурного наследия народов Российской Федерации.
Петербургская модель легла в основу консерваторий в Москве, Казани, Саратове и других городах.
Консерватория — это не просто здание с роялями. Это система, где один профессор выпускает десять учеников, и каждый из них потом учит ещё десять.
Решение Рубинштейна приглашать преподавателей из-за рубежа тогда казалось спорным. Прошло время — и спорить стало не о чем.